Ополченец и чиновники

Ополченец и чиновники

15 января в Московской области был задержан уроженец Винницы ополченец ДНР Николай Трегуб, и судья Реутовского горсуда О.Г. Сидоренко приняла решение о его принудительной депортации. Эта история, увы, является не только персональной, но и показательной, характерной для судеб десятков, если не сотен русских людей. К сожалению, решения проблема за четыре года так и не нашла, а ведь она вопиет. В виде формального подхода, как это происходит на сегодняшний день, она не может быть принята.

Это, увы, не первый случай, когда суды Российской Федерации принимают решение о депортации лиц, активно проявивших себя в борьбе с киевской хунтой, активистов антимайдана, ополченцев донецких республик. В феврале 2017 г. сообщалось, что бывшего ополченца ЛНР Олега Андрушевича, который живет в Ростове-на-Дону, также собрались депортировать на Украину. И 42-летнего Виталия Моткова и 27-летнего Максима Малого судья Адлерского районного суда в спешном порядке приговорил к депортации на Украину – несмотря на то, что сроки пребывания в России у них были не нарушены.

Глава общественной организации «Русь Триединая», член правления «Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины» Сергей Моисеев пытался объяснить Реутовскому суду, что Н. Трегуб служил в подразделении И. Стрелкова, был ранен и получил контузию, что его нельзя высылать на территорию Украины, где ему грозят преследование по политическим мотивам и даже пытки. Кроме того, информация о бойце занесена украинскими свидомыми в базу печально известного сайта «Миротворец», и в канун президентских выборов в РФ депортация на Украину ополченца, защищавшего жителей Донбасса, вызовет нежелательный общественный резонанс. Моисеев также заявил, что от «Руси Триединой» в декабре 2017 г. написал обращение к президенту В. Путину в связи с проблемой ополченцев, которым грозит депортация из Российской Федерации.

На судью аргументация не подействовала. По словам С. Моисеева, судья сказала, что должна руководствоваться законом и что у Н. Трегуба при себе не было документов, удостоверяющих, что он ополченец.

На решение суда будет подана апелляция в Московский областной суд.

С. Моисеев написал в Фейсбуке: «Не всем понятно, что если бы не Трегуб и ребята, подобные Николаю, Россия сейчас была бы уже втянута в войну за Крым».

Он же описал историю Н. Трегуба, который родился 19 декабря 1989 г. в городе Жмеринка Винницкой области УССР, воспитание и образование получал в интернате, учился в ПТУ. Работавший в Москве, Николай, когда Украину «замайданило», поехал защищать тех, кто не считал себя потомками «древних укров». Сначала выступал на стороне законной власти мирными методами. После киевского государственного переворота острое чувство справедливости побудило его защищать людей в Славянске. Он честно воевал, выходил из окружения, был ранен. Когда запас здоровья был исчерпан, выбрался в Россию. Майданная Украина в глупости и бессильной злобе отыгралась на его брате-близнеце. Идиоты из СБУ, получив донос на Николая, их перепутали. Когда ошибка стала очевидна, решили, что брат ответит за брата.

Николай приложил массу усилий, чтобы узаконить свое пребывание в России и помочь брату. Он не мог понять, почему Украина, пытающая его родного брата и убивающая детей Донбасса, является «партнером» Российской Федерации, страной с безвизовым режимом… Как получилось так, что его должны выкинуть из страны и передать для издевательств и пыток «партнерам» из укрогестапо, – восклицает С. Моисеев. Отбивать атаки «укропов» в донецком аэропорту оказалось легче, чем заставить судью приобщить материалы к делу. Одна из общественных организаций пообещала Трегубу помочь с адвокатом. Но адвокат не явился на заседание.

Некоторые в деле Н. Трегуба усматривают два аспекта: формальный подход судей, видящих, что нарушено условие пребывания на территории РФ; а также непонимание ополченцев, что их боевые заслуги не являются основанием для нахождения на территории РФ, что все-таки нужно оформить официально либо статус беженца, либо документы о «предоставлении политического убежища».

Автор сайта украинских политэмигрантов «Антифашист» не сдерживает эмоций: «Российские судьи продолжают решать судьбы защитников Донбасса, отправляя их на заклание в застенки СБУ».

«Не добившись милости от апелляционного суда Николай Трегуб, понимая, что на Украине его ждет расправа, перешел на положение нелегала. И вот 15 января его задержали, и, почти наверняка, его ждет депортация на Украину… А там – срок лет на десять за участие в ополчении Донбасса. А потом донецкие и российские правозащитники будут долго добиваться включения Николая Трегуба в списки на обмен… зачем? Чтобы опять через год решением районного суда выслать его для получения нового срока?», – восклицает председатель Союза политэмигрантов и политзаключенных Украины Лариса Шеслер.

Никто не говорит о том, что люди, защищавшие Донбасс, на фоне своих боевых заслуг могут нарушать российское законодательство. Разумеется, нет. Но подмечено точно: куда мягче в России относятся к гастарбайтерам, чьи вахтовые методы порой заключаются в схеме «стройка-АТО-стройка-АТО-стройка», и заезжим гастролерам вроде «кастрюлеголовых» поэтесс и пробандеровских киношников. А вот люди, отстаивающие свободу Донбасса, рискуя жизнью на не таких уж далеких от Кремля огневых рубежах, становятся в РФ изгоями, которых в два счета может выдворить на территорию незалежной любой районный судья. А ведь у многих из этих людей, выходцев из Украины, нет возможности обновить свои просроченные документы, найти жилье, где их зарегистрируют, оформить хоть какой-то статус для легального проживания.

«До тех пор, пока в России не будет создан какой-то государственный орган, у которого будет возможность создавать реестр участников ополчения и активистов Русской Весны, до тех пор безвестные ополченцы и знаменитые командиры будут находиться в положении жертв жесткой миграционной машины Российской Федерации. Миграционные законы принимались, когда никто не думал о тысячах и десятках тысяч политэмигрантов, участников ополчения, политических противниках нынешнего режима в Киеве. Но разве это означает, что сторонников Русского мира нужно выкинуть, как ненужное тряпье, ветошь после протирки сияющих витрин Крыма?», – резюмирует Лариса Шеслер.

* * *

Автобиография ополченца Николая Трегуба является красноречивым документом для всех неравнодушных к судьбе Новороссии. Она вопиет о помощи и вскрывает наболевшую проблему.

«После совершившегося на Украине госпереворота в 2014 г. я уехал на Юго-Восток Украины с целью защиты мирного населения от бандеровцев, – пишет Н. Тругуб. – По приезде в Донецк я сразу попал в подразделение командира с позывным «Корсар». Отделение «Мурманска», Военная Разведка. Когда ополченцы выходили из Славянска, наша группа опоздала к точке сбора в Семеновке, и мы неделю выходили из окружения.

Я прибыл в Луганск, и оттуда был направлен в Макеевку в группу к командиру с позывным «Хохол». В военную полицию. Во время боевых действий в Спартаке был ранен. После госпиталя выписался и узнал, что официально в их рядах не состою, а командир мой погиб. Я ушел в подразделение ОРБ «Спарта». Был на позициях «Монастыря», в Веселом. После возвращения в подразделение оказалось, что официально я не состою на службе.

Мой родной брат-близнец Трегуб Андрей Андреевич, 19.12.1989 г.р., был схвачен СБУ на территории Украины по вымышленным обвинениям. Задержали его в г. Винница 12 ноября 2014 г. Сейчас он находится под стражей в колонии № 96. Суд приговорил его к 9 годам строгого режима за сепаратизм, терроризм и ношение-хранение боеприпасов (ргд-5). В ходе следствия брат неоднократно подвергался побоям и перенес тяжелую болезнь – туберкулез правого легкого. Я подал прошение на обмен брата ранее – перед отправкой в Донецкий аэропорт. Потом я уехал в Луганск – подать еще раз прошение, но там его никто не принял.

Уехал в РФ. По прибытии в Россию попал по распределению в Петропавловск-Камчатский. Когда приобрели билеты, сотрудники ФМС меня заверили, что там встретят. Но никто не встретил. Добрался в город сам, где попросился к сотрудникам полиции на ночлег, поскольку на улице была зима и ночь. На следующий день обратился в ФМС о предоставлении статуса беженца на территории РФ. Документы принимать не хотели, но приняли 16 декабря 2014 г.»

Ответ Н. Трегуб получил через три месяца, в убежище ему было отказано без указания причины. Согласно уведомлению, через две недели он должен был покинуть РФ.

В Петропавловск-Камчатский с территории Украины ополченцу позвонили сотрудники СБУ, шантажировали и склоняли к сотрудничеству. После этого разговора он обратился сначала в ФМС, потом в ФСБ. Аудиозапись передал сотрудникам ФСБ.

Выехал в Ростов к знакомому ополченцу, а потом в Луганск, но остаться там не получилось, снова вернулся в Россию. Неоднократно обращался в разные отделения ФМС в Москве, но его заявление нигде не принимали (также и в электронном виде).

Понимая, что находится в России на незаконных основаниях, Н. Трегуб попытался уехать в Норвегию. Однако 20 июня 2016 г. в транзитной зоне аэропорта RIX был задержан сотрудниками таможенной зоны Латвии. «Увидев, что у меня штамп пропускного пункта (Донецк), – пишет Трегуб, – они сказали, что ненавидят русских, и пытались депортировать на Украину. На мой вопрос о запросе политубежища сказали, что отправят в спецприемник к западным украинцам. Где меня ожидала бы расправа. Но начальник аэропорта оказался человеком, он бесплатно отправил меня в Москву. Где на тот момент был уже запрет на въезд. По прибытии в Москву я все объяснил, и сотрудник таможни, тоже оказавшись человеком, меня пропустил в РФ. Долгое время я не мог легализоваться».

В ноябре 2016 г. Н. Трегуб нашел, наконец, как ему казалось, способ легализации: поехал в Белгород к товарищу, прошел таможню с отметкой «на работу» и сделал регистрацию по адресу: Москва, ул. Долгоруковская, д. 33, стр.1, а также 9 декабря подал заявку на патент.

12 декабря, когда мытарствующий ополченец пошел в поисках работы к знакомому Виталию Павлюку, где ему была обещана товарищами работа, его задержали сотрудники ФМС, принудившие подписать протокол задержания.

13 декабря 2016 г. судья Гагаринского районного суда Москвы Т.В. Басихина приговорила Н. Трегуба к штрафу и самовыдворению. Не признав вины, ополченец подал апелляцию, однако апелляционный суд 8 февраля 2017 г. оставил приговор в силе. «Судья О.В. Панкова, ссылаясь на конвенцию ООН, отказалась принимать мною приведенные факты, при этом в постановлении указав, что я их не предоставил. Хотя я предоставил фото с экстремистского сайта «Миротворец», а также ряд газетных публикаций с Украины про меня и брата, и статью «Московского Комсомольца». Также я указывал, на явные нестыковки в протоколе.

6 января 2017 г. подал прошение о предоставлении политического убежища в электронном виде в приемную президента РФ №3/177700229250. По истечении месяца был направлен в министерство МВД, откуда меня отправили в министерство по миграции. А оттуда направили узнавать о решении в городское управление УФМС по ул. Большая Ордынка. Где меня заверили, что уведомление есть, но решения нет. 7 марта 2017 года забрал решение апелляционного суда и обратился в УФМС за уведомлением. Где мне посоветовали обращаться позже. На вопрос, что срок рассмотрения 1 месяц, надо мной только посмеялись».

Иными словами, с 8 февраля 2017 г. Н. Трегуб обязан был покинуть РФ в течение пяти дней, то есть с тех пор находился на территории РФ незаконно.

* * *

На недавнее решение Реутовского суда сразу отреагировали социальные сети.

Виктор Старчиков (Харьков): «Да, он нарушал миграционные законы, не смог получить РВП или статус беженца. Почему не смог? Наверно, потому что это очень непросто. Но если формальные законы, которое он невольно нарушил, выше нравственных, неписанных законов, то кто мы? Кто принимает решения, кто судьи, кто законодатели?»

И далее: «Из России депортируют русских, которые защищали русских.

Просто вдумайтесь в смысл последнего предложения».

Блогер putnik1 (Лев Вершинин) тоже реагирует, как всегда, остро: «Любители военной истории подтвердят: со времен Рима одним из условий заключения мира, а иногда и предварительным условием для согласия победителя на переговоры о заключении мира, была выдача проигравшей стороной “перебежчиков”, вне зависимости от их чинов и мотиваций. Это было символически важно, – и как правило, выдавали. Изредка, однако, бывали и сбои. Скажем, на финише злосчастного Прутского похода, когда выбор был “мир или смерть”, Петр I в инструкциях Шафирову дал согласие на возвращение османам Азова, а шведам Лифляндии (плюс Псков) и протектората над Польшей, “буде же того мало, отдать и иныя провинции!”, но категорически воспретил даже обсуждать одно из главных турецких требований: выдачу Дмитрия Кантемира с “из его бояр малейшим”, поскольку “люди те России радели и за Россию бились, тако, ежели придется, вместе погибнем”. И Шафиров слово в слово сообщил это великому визирю. Согласитесь, красиво. Но, конечно, чтобы вести себя так, нужно быть фигурой масштаба Петра Алексеевича».

* * *

С. Моисеев резюмирует: из заявления Николая Трегуба видно, что в данном случае это молодой парень из Жмеринки, который учился в школе-интернате и профтехучилище, воевал в ополчении Новороссии, с отдельной группой неделю выходил из окруженного Славянска, был ранен. Много мытарств прошел уже в России, борясь за существование и легализацию. В итоге был задержан за «незаконную трудовую деятельность» сотрудниками полиции на предприятии, куда он только намеревался устроиться. И теперь, по уже повторному решению суда, депортируется из России.

Президент России помиловал Надежду Савченко и Оксану Севастиди, осужденную по статье о госизмене за SMS знакомому перед военным конфликтом в Грузии. Как известно, они действовали в интересах врагов России. А ополченец Новороссии Николай Трегуб воевал, защищая разделенный русский народ, русских жителей Донбасса от геноцида со стороны укрофашистов, неужели не хватит милости у России и для него?

России пора ввести дифференцированный подход к гражданам Украины, учитывая фактическое разделение этой страны на два враждебных народа – южнорусский и русофобский, а также реалии гражданской войны. Понятие «политэмигрант Украины» следует наполнить реальным содержанием.

 Оказавшись в России (по сути, спасая жизнь), многие не имеют необходимых знаний и возможностей, чтобы правильно сориентироваться и вовремя оформить надлежащие документы. У некоторых вообще утеряны или просрочены паспорта и считаются недействительными, поэтому им приходится проходить бесконечные мытарства. Эти люди не имеют возможности легализоваться в России, устроиться на работу и устроить в школы детей. Мучительная, отдельная проблема – с обязательной регистрацией.

Даже если учесть, что дифференцированный подход утомителен для чиновников, важно помнить, что речь идет о человеческих судьбах.

 

Источник: www.stoletie.ru

AgentNews.ru